Разработчики из Кремниевой долины запрещают детям пользоваться смартфонами. Что особенного они знают о современных технологиях?

Подростки с гаджетами

Хотя данных за длительный период пока нет, но уже первые результаты краткосрочных исследований свидетельствуют о множестве негативных последствий, связанных с детской и подростковой зависимостью от технологий. Среди них — повышенный риск депрессии, тревожности и, в крайних случаях, склонности к самоубийству. Позитивная новость в том, что дети быстро возвращаются в норму, если у них забрать гаджет.

Запрет смартфонов в школе

Германия активно обсуждает введение на государственном уровне запрета на мобильные устройства в школах. Такую инициативу поддерживают 86% немцев, считая смартфоны вредными для развития детей. Сейчас подобный административный запрет действует в школах федеральной земли Бавария. В сентябре этого года председатель немецкого профсоюза учителей выступил с призывом законодательно запретить мобильные устройства для всех государственных школ Германии, поскольку они являются «постоянным источником булинга и травли детей в школах».

Использование «мобилок» в школах может регулироваться на государственном уровне. Это действительно вопрос безопасности и государственного веса. Это продемонстрировала Франция, запретив с этого учебного года любое использование смартфонов и других устройств с доступом в интернет в своих школах — «с целью защитить детей и подростков и реализовать фундаментальную роль образования».

В Швеции государственной запрета на «мобилки в школах» нет — этот вопрос остается в компетенции школ. И школы активно пользуются своим правом — ограничения в той или иной форме (от частичных до полного запрета) существуют в более чем 90% шведских школ. Подобной школьной политике уже около десяти лет и — о чудо! — недавно сами школьники в опросе признались, что они поддерживают «школу без мобилок». То есть, в Швеции и дети, и родители, и учителя уже фактически преодолели «болезни роста», связанные со стремительным развитием современных технологий.

А как в Украине? Пока что этот вопрос остается открытым и не очень дискутируемым, в широкое информационное пространство оно попало только после запрета мобильных устройств во французских школах. Тогда же министр образования Лилия Гриневич спрятала голову в мобилку и порекомендовала школам самостоятельно решать этот вопрос. «Такие вещи не могут регламентироваться министерством», — сказала Гриневич в интервью изданию Главком.

«Школа должна иметь хоть какую-то автономию. Не может министерство все регулировать в 16020 школах. Есть какие-то стандартные требования. Если мобильные телефоны мешают учебному процессу, школа может разработать правило по их использованию, потому что каждая из них имеет свой устав и внутренний распорядок».

На практике получается так, что школы в основном не очень озабочены этим вопросом. Директора не настроены брать лидерство на себя и принимать решения, которые вызывают дискуссии. И в Инстаграме можно найти множество ученических селфи, сделанных непосредственно во время уроков. А булинговые скандалы с использованием «мобилок» в школах регулярно попадают в новости. Школы перекидывают ответственность на учителей, которые под прессингом родителей, а иногда — и самих учеников («а что вы мне сделаете? Телефон — это моя частная собственность!») не всегда в силах дать совет «мобилкам» в классе и их влиянию на учебный процесс.

Совет министра Лилии Гриневич «дети заходят в класс на урок, складывают в ящик свои мобильные телефоны, отключив звук» может быть реализована настолько, насколько сами учителя имеют волю и могут договориться с классом относительно подобной практики. Если из 30 учеников хотя бы один откажется сдавать свой телефон, мотивируя это тем, что учитель не имеет права на подобное требование — остальные тоже почувствуют, что они никак не обязаны придерживаться этого правила. Кстати, в Британии, хотя и нет запрета на мобилки в школах, учитель имеет право забрать ее до конца учебного дня. К тому же, иногда украинские учителя не хотят брать на себя материальную ответственность, ведь телефоны детей — вещь довольно стоящая, и кто будет компенсировать их утрату или повреждения «в случае чего»?

Родителям также нелегко достичь консенсуса в этом решении. Иногда они не понимают, какие угрозы может нести постоянный доступ к мобильных в школах — «кибербулинг» в их школьные времена еще не существовало. Интернет-зависимость, как и скролінгова, еще недостаточно исследованы. А наличие связи с ребенком время действительно является необходимостью, особенно в большом городе, когда дети посещают различные кружки и внеклассные занятия. Все попытки договориться между родителями и как-то урегулировать или ограничить использование смартфонов в школах завершаются лишь яростными войнами в родительских группах в тех же мобильных приложениях.

Мы предлагаем перевод статьи из издания Business Insider, в которой пытаются показать родителям «другую сторону» современных технологий и мобильных устройств. Технология — лишь средство, инструмент, она не решает всех вопросов и, кроме преимуществ, может нести в себе скрытые угрозы. Создатели современных устройств и приложений понимают это, как никто другой. Возможно, и нам стоит задуматься, как мы пользуемся техническими новинками?

Далее перевод с Business Insider:

Родители из Кремниевой долины воспитывают своих потомков в стиле tech-free (независимыми от технологий) — и это должно стать предостережением. 9 утра в городе Саннивейл, Калифорния, и Минные Шахи направляется на работу в штаб-квартиру Apple в Купертино. Ее муж, бывший сотрудник Google Виджай Кодури, имеет встречу с бизнес-партнером в местной кофейне Starbucks, где планирует обсудить совместный стартап — YouTube-овский сервис по производству клипов HashCut.

Их дети — 10-летний Саурав и 12-летняя Рошни — уже в школе. Там они, скорее всего, погрузились в свои школьные «хромбуки» от Google, которые им выдали в начале учебного года. Стиль жизни семьи Кодури — очень типичный для Кремниевой долины, кроме одного момента: технологии, которые Кодури и Шахи разрабатывают в своих компаниях, запрещенные в их собственном доме. Дома у семьи нет игровых видеоприставок, а у детей до сих пор нет собственных мобильных телефонов. Саурав и Рошни могут играть на смартфонах родителей — но только 10 минут в неделю. В то же время, нет никаких ограничений на различные настольные игры — их в доме великое множество. И хотя семья приобрела в свое время iPad2, в течение последних пяти лет он хранится на самой высокой полке в шкафу для белья.

«Мы понимаем, что когда-то наступит время, и свои «мобилки» будут им просто необходимы» — говорит 44-летний Кодури. «Но мы, насколько можем, откладываем этот момент». Кодури и Шахи являются представителями нового поколения родителей из Кремниевой долины. Вместо того, чтобы обустраивать собственные жилища всеми самыми последними техноновинками, многие из работников и жителей этого «технологического мира», напротив, ограничивает или прямо запрещает своим детям проводить время за экранами гаджетов. Такой подход объясняется тем, что родители, которые работают или проживают в престижном районе Сан-Франциської залива, где сконцентрированы ценнейшие технологические компании мира, могут «из первых рук видеть, сколько времени и усилий тратят их работодатели, чтобы сделать новые цифровые технологии «непреодолимыми» для потребителей.

Исследования 2017 года, проведенное Фондом сообщества Кремниевой долины» (The Silicon Valley Community Foundation), опросило 907 родителей и выявило, что, несмотря на веру в технологические преимущества, многие из них имеет серьезные опасения относительно того, как технологии влияют на психологическое и социальное развитие детей. «Вы не можете уставится в гаджет и одновременно рассчитывать на успешное развитие долговременной внимания» — говорит Тейву Ким, главный инженер с искусственного интеллекта стартапа One Smart Lab.

Ким — практикующий буддист, он учит собственных племянников и племянниц в возрасте от 4 до 11 лет практиковать медитацию. Также он показывает им, как играть в» Неэкранные » игры или складывать пазлы в реальной жизни. Раз в год Ким берет племянников на «тихий ретрит без технологий», который проводят в ближайшем буддистском храме. Бывшие работники ведущих технологический компаний, среди них — многие бывшие топ-менеджеры, публично выступили с осуждением политики этих компаний по активной разработке технологий, которые вызывают зависимость. Эти дискуссии дали толчок сообществу ученых-психологов тщательнее исследовать проблему. Постепенно все больше родителей убеждались: мощным современным гаджетам не место в детских ладонях.

Как группа технологических компаний ежедневно контролирует ум миллиардов людей-выступление экс-работника Google Тристана Харриса на конференции TED

«Технологические гиганты знают, что, чем быстрее удается привлечь детей или подростков до своей платформы, тем легче потом превратить это в пожизненную привычку», говорит Кодури в интервью Business Insider. «Не случайно Google продвигает свою продукцию в школах через приложения Google Docs, Google Sheets и управленческий пакет для сферы образования Google Classroom. Превращение детей на лояльных потребителей нездоровой продукции — стратегия не новая. По некоторым подсчетам, крупнейшие табачные компании тратят около 9 миллиардов долларов в год, или 24 миллиона долларов ежедневно, на маркетинг своей продукции, надеясь, что со временем дети будут использовать ее на протяжении всей взрослой жизни.

Тот же принцип действует и помогает нам понять, почему в сетях быстрого питания есть специальные «детские предложения»: лояльность к бренду является чрезвычайно прибыльной. «Разница в том, что они (Google) не думают о себе как о потенциальной опасности», — говорит Кодури. Google, наверное, думает о себе что-то типа «Эй! Мы же хорошие ребята. Мы помогаем детям. Мы помогаем школам». Уверен, что и Apple думает так же, и Microsoft также».

В Сан-Франциско родители уже заметили «скролинговую болезнь»

37-летняя мать двоих детей Эрика Бойсьер не сомневается в том, что современные технологии отравляют юные мозги. Вместе с мужем они работают родственными терапевтами и пытаются отслеживать последние исследования о времяпрепровождении «в экранах». И хотя таких данных за длительный период пока нет, но уже первые результаты краткосрочных исследований свидетельствуют о множестве негативных последствий, связанных с детской и подростковой зависимостью от технологий. Среди них — повышенный риск депрессии, тревожности и, в крайних случаях, склонности к самоубийству.

Эрика и ее муж заметили антитехнологические настроения и среди других родителей, с которыми они общаются. Как обитатели мирового эпицентра современных технологий, пара буквально «из собственного окна» может наблюдать за явлением, которое Бойсьер окрестила как «скролинговую болезнь» (скролить — прокручивать содержание на дисплее электронного устройства. — прим. Текстов).

«Мы живем на очень оживленной улице, где много трафика», — рассказала Бойсьєр в интервью Business Insider. И за последние 15 лет, что они там живут, она обнаружила «заметные изменения в поведении пассажиров автобусов — они все в телефонах. И не похоже, чтобы они читали, например, Kindle (электронная книга). Бойсьер говорит, что готова к очень решительным действиям, чтобы уберечь собственных детей — двухлетнего Джека и пятилетнюю Элизе — от малейшего взаимодействия с миром технологий. У них с мужем дома не подключено телевидение. Также они избегают использования мобильных телефонов в присутствии детей — строгое правило, соблюдение которого требуется и от 28-летней няни — ее Буасьер как-то поймала «на горячем», когда и скролила в рабочее время.

Пара разработала стратегию, которая помогает им придерживаться собственных правил. Когда они оба возвращаются домой после работы, то оставляют свои телефоны у дверей. В большинстве случаев они проверяют телефон только раз или два перед тем, как ложиться спать — говорит Бойсьєр. Иногда она нарушает правила. Уже несколько раз была ситуация, когда дети заходили в комнату в тот момент, как она набирала на телефоне текстовые сообщения — и ей приходилось бежать до ближайшей ванной комнаты. Около 10:30 вечера Эрика и ее муж укладываются спать, просматривая перед сном эпизод сериала «Черное зеркало» на ноутбуке: такое себе небольшое болезненное напоминание, что антитехнологичный подход — только к лучшему.

Воспитание с ограничением технологий было трендом среди магнатов Кремниевой долин на протяжении лет
Родители — жители Кремниевой долины, которые запрещают или ограничивают использование детьми приложений и гаджетов, возможно, и кажутся слишком осторожными. Однако они лишь продолжают тренд, которого уже давно придерживаются бывшие и нынешние технологические гиганты — такие как Билл Гейтс, Стив Джобс или Тим Кук.

В 2007 году бывший глава Microsoft Билл Гейтс ввел запрет на «экранное время», как только заметил, что у его дочки начала развиваться нездоровая зависимость от видеоигры. Позже это стало семейным правилом — детям не разрешалось иметь собственных телефонов, пока им не исполнится 14. Сегодня среднестатистический американский ребенок получает свой первый телефон в возрасте 10 лет. Стивен Джобс возглавлял Apple до тех пор, как ушел из жизни в 2012 году. В 2011 он дал интервью New York Times, где рассказал, что его детям запрещено использовать последнюю модель iPad. «Мы ограничиваем использование детьми технологий дома», — сказал Джобс репортеру Нику Билтону.

Даже Тим Кук, нынешний генеральный директор Apple, в этом году рассказал, что он не позволяет своему племяннику заводить акаунты в соцсетях. Этот комментарий появился сразу после заявлений других светил технологической отрасли, которые осудили социальные медиа как гибельные для общества. Позже Кук признал, что продукция Apple не предназначена для постоянного использования. «Я не буду считать, что мы достигли успеха, если вы будете пользоваться нашими продуктами постоянно, все время — я под таким не подпишусь ни при каких обстоятельствах», — сказал Кук.

Дети не попадают в зависимость от гаджетов раз и навсегда

Положительной стороной современных технологий является то, что негативные эффекты, связанные с их постоянным использованием, не являются необратимыми. Обнадеживающее исследование, которое часто цитируют психологи, было опубликовано в 2014 году в научном журнале «Компьютеры и человеческое поведение». В исследовании принимали участие 100 детей в возрасте от 9 до 12 лет: половина из них провела 5 дней без каких-либо гаджетов, занимаясь стрельбой из лука, пешеходными прогулками и спортивным ориентированием. Вторая половина детей оставалась дома и выполняла роль «контрольной группы».

Через пять дней в «группе без гаджетов» исследователи заметили огромный рост уровня эмпатии у детей, которые активно принимали участие во всех занятиях. Дети стали лучше считывать эмоциональные сигналы друг друга, чаще улыбаться, наблюдая за успехом других участников, и сопереживать неудачам своих ровесников. Исследователи пришли к выводу: «Результаты должны побудить к общественному диалогу о настоящую цену и преимущества того огромного количества времени, которое дети проводят за экранами — как в классе, так и вне его».

Школы начали идти навстречу «антитехнологичным» родителям

Не все родители, которые воспитывают детей в стиле «ограничения современных технологий», придерживаются тех же стандартов, когда речь идет об образовании. Например, дети семьи Кодури имеют общий MacBook Air для домашних заданий и пользуются хромбуками от Google в своей школе. Но вокруг Кремниевой долины уже появился ряд школ, которые ограничивают использование технологий учениками, пытаясь, зато, восстановить базовые учебные практики. Так, в Вальдорфской школе Пенинсули (Waldorf School of the Peninsula), частном учебном заведении в городе Лос-Альтос в Калифорнии, дети пишут мелом на доске и простыми карандашами в тетрадях. До восьмого класса учителя не знакомят учащихся с устройствами, которые имеют экраны.

В Брайтворкській 12-летней школе (Brightworks School), частном учебном заведении в Сан-Франциско, дети учатся креативному мышлению, пользуясь электроприборами, разбирая радио и посещая уроки в домиках на деревьях. В то же время, во многих государственных школах технология приобретает определяющее значение — считают педагоги Клемент Джо и Мэтт Майлз. В своей книге «Изучены в экране», которая вышла 2017 года, соавторы рассматривают вред, который могут нанести современные технологии в школе, даже если их использование обусловлено благой целью улучшить ученические результаты по чтению и математике.

«Интересно задуматься над тем фактом, что в современной государственной школе, где дети должны пользоваться электронными устройствами вроде iPad-ов, дети Стивена Джобса будут среди тех немногих, кто откажется от этого», — написали авторы книги «Изучены в экране». (Дети Джобса уже закончили школу, поэтому подтвердить правдивость этого утверждения пока невозможно). Но, отрицают авторы, очевидные двойные стандарты все равно остаются. «Что же такого знают эти состоятельные и влиятельные руководители технологических компаний о собственную продукцию, чего не знают их потребители?».

Родители старших детей замечают изменения между поколениями

На западном побережье залива Сан-Франциско, в городе Сан Матео, технопредприниматель Эми Прессман живет с мужем и двумя детьми — 14-летней Мией и 16-летним Джейкобом. Ее старший сын, 20-летний Брайан, учится на втором курсе колледжа. (Business Insider изменил имена детей по просьбе самой Прессман). И хотя она уже не имеет влияния на то, чем Брайан занимается в течение дня в колледже, дома Прессман требует соблюдения установленных правил: никаких гаджетов за обеденным столом, после 10 вечера дети должны сдать свои телефоны и оставить их на ночь заряжаться на кухне. Еженедельные ограничения на компьютерные и телефонные игры — от 5 до 7 часов в течение недели.

Так же как и Виджай Кодури, который с восторгом вспоминает, как в детстве ему нравилось играть во дворе с друзьями, и который воспитывает эту привычку у собственных детей, Прессман также пытается вернуться к более аналогового мира. «Дети больше не выходят просто так, чтобы поиграть на улице», — говорит Прессман, соучредитель и президент компании по разработке программного обеспечения Medallia в интервью Business Insider. «К моему старшему сыну приходило больше друзей, и они чаще выбирались куда-то вместе, чем к моим младшим детям»»

В течение последних нескольких лет семья существенно улучшила качество своего совместного досуга. Вместо того, чтобы сидеть вечером по своим комнатам, вставив глаза в мобильные устройства, они вместе посещают театр или составляют собственный рейтинг кафе с лучшим мороженым в Сан-Франциско. Несколько лет назад Прессман спланировала семейный мини-отпуск в Долину Смерти (национальный парк в местности с аналогичным названием в США — прим. Текстов). Особенностью их места отдыха, которую предлагали туристам как существенное преимущество, было отсутствие Wi-Fi и USB портов для зарядки. «Соединение было просто ужасным», — говорит Прессман» «И это было здорово!»

Ежедневные ограничения даются нелегко, но они могут быть достойными этого

Прессман и другие родители рассказали Business Insider, как трудно найти баланс в вопросе ежедневного ограничения технологий. Дети сразу начинают чувствовать свою изолированность от компании сверстников. Чем дольше родители стараются придерживаться введенных ими ограничений, тем больше они опасаются, не воспитывают, на самом деле, таким образом антисоциального изгнанника. «У меня нет ни одной ролевой модели, как обращаться с этим новым миром технологий», — говорит Прессман. «Этого мира не существовало, когда росла я, и те ограничения, которые мои родители накладывали на телевидение, больше не работают в современном мире, когда компьютер одновременно является развлечением, домашним заданием и энциклопедией».

Многие родители, с которыми общался Business Insider рассказали, что лучшая защита от вредного воздействия технологий — это предложить детям альтернативные занятия или же научить их использовать технологии более продуктивно. Когда калифорнийская засуха выжгла двор семьи Кодури, они зацементировали участок и построили там баскетбольная площадка, которым теперь пользуются их дети вместе с друзьями. Когда Прессман заметила, что ее дочь проявляет интерес к компьютерам, они вместе записались на курсы программирования. Все эти родители надеются, что смогут привить своим детям здоровые привычки и ожидания от современных технологий, а именно — как и для чего их использовать и когда лучше избегать. По их словам, время от времени можно заметить проблеск надежды в этом вопросе.

Через несколько лет после того, как Прессман начала пропагандировать ограничение технологий, ее старший сын Брайан действительно понял ценность времени, проведенного вне экранных мобильных устройств. Сегодня будущий бакалавр математики предпочитает бумажные книги, считая цифровые версии неудобными для восприятия. Прессман вспоминает, как в прошлом году, во время долгого путешествия на автомобиле на Рождество, сын удивил ее неожиданным признанием — одним из тех, которые родители никогда не против услышать: он признал, что был неправ. «Помнишь, ты всегда выступала против социальных медиа, а я считал, что ты ошибаешься?» — вспоминает Прессман слова Брайана про ее собственные многочисленные тирады с призывом к «реальному» общению между людьми. «Так вот-я пришел к выводу, что ты таки права».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *