Путин, КГБ и кокаин: приключения кремлевского порошка

Согласно одной из версий, появившихся после отравления Сергея Скрипаля и его дочери, преступление в Солсбери понадобилось для того, чтобы отвлечь внимание от кокаинового скандала.

У сторонников этой звучащей не очень серьезно теории появились новые аргументы, когда забирать российских дипломатов, высланных из Великобритании, 20 марта прилетел знаменитый «кокаиновый самолет»: Ил-96 с бортовым номером RA-96023, принадлежащий Управлению делами президента России. Этот самолет заметили на видеозаписях, которые опубликовала жандармерия Аргентины по «кокаиновому делу». На них видно, как в лайнер грузили чемоданы с мукой, которой полиция подменила кокаин.

Конспирологические фантазии обсуждать нет смысла, но связь между отравлением Сергея Скрипаля и кокаиновым скандалом действительно существует, хотя бы на символическом уровне. Бизнесмен Максим Фрейдзон видит ее в том, что в России власть принадлежит гангстерской группировке, для которой и заказные убийства, и торговля наркотиками являются обыденным делом.

В начале 90-х Фрейдзон познакомился с процветавшим в Петербурге союзом бизнесменов, бандитов и чиновников городской администрации. Не последнюю роль в этом союзе играл Владимир Путин, тогдашний председатель Комитета по внешним связям мэрии. Именно в те годы друзья Путина составляли первые капиталы. Практически все персонажи из тогдашнего окружения будущего президента сейчас играют важнейшие роли в политике и бизнесе.

Путин, КГБ и кокаин: приключения кремлевского порошка

Владимир Путин и Рудольф Риттер (четвертый слева)

В 1999 году SPAG подверглась проверке со стороны германской разведывательной службы, и Риттер был обвинен в отмывании денег как для российских криминальных группировок, так и для колумбийских наркоторговцев – кокаинового картеля Кали. При обыске были найдены миллионы швейцарских франков наличными, а сотрудники Риттера, как выяснила прокуратура, вывозили набитые швейцарскими франками чемоданы в Лихтенштейн.

В мае 2000 года Риттер был задержан в Лихтенштейне, а летом 2001-го ему были официально предъявлены обвинения. В 2007 году в Петербурге был арестован Кумарин-Барсуков. Его несколько раз судили по различным обвинениям, в 2016 году признали виновным в организации покушения на владельца «Петербургского нефтяного терминала» Сергея Васильева и приговорили к 23 годам лишения свободы. 1 марта 2018 года в Петербурге начался новый процесс в отношении Барсукова и его коллег: их обвиняют в создании преступного сообщества. Бывший консультант и вдохновитель SPAG Владимир Путин в это время готовился к избранию на четвертый срок.

«Я хорошо знаю Аулова, с капитанских его времен, со времени, когда через Выборг первая тонна кокаина была перевезена в банках «тушенки». Была встреча с Ауловым в 1992–1993 годах, на которой (как я понял) он намекал мне, чтобы я взял наркотики под контроль, аргументируя, что тот, кто возьмет это под контроль, получит большие деньги».

Путин, КГБ и кокаин: приключения кремлевского порошка

Замдиректора ФСКН Николай Аулов

Максим Фрейдзон в интервью Радио Свобода объясняет, как наркоторговля стала государственным предприятием:

– Как появился кокаин в Петербурге? Ведь много советских десятилетий не нюхали, а вдруг возник спрос и интерес.

– Я думаю, что интерес был к знакомому по кинематографу штампу: ночной клуб, музыка и кокаин. В Питере он воспринимался как что-то богемно-романтическое, клубное.

– Я помню первые рейвы и ночные клубы 1991–1992 годов в Москве – «Гагарин-пати», «Мобиле», никакого кокаина там не было.

– Не было. И в Питере в эти годы тоже не было и в помине. Как нынче известно, начиналось все с транзита кокаина через Ломоносовский порт. Путин – как обычно, за долю – отдал группе товарищей порт в Ломоносове, который он курировал от мэрии. Это была часть военно-морской базы. Таможни и какого-то контроля там не было. Пошел поток контрабанды. Думаю, примерно тогда и появились рабочие связи с поставщиками.

– Но что-то все-таки отсыпалось для внутреннего рынка?

Путин, КГБ и кокаин: приключения кремлевского порошка

Максим Фрейдзон был владельцем акций фирмы «Совэкс»

– Почему кокаин, который везли в банках из-под тушенки, был задержан и что с ним стало?

– Дело было громкое, об этом много писали, везли через Выборг. Интерпол вел их от Бразилии, кокаин конфисковала ФСБ, но потом он пропал. Я думаю, попал в те же ночные клубы неспешным порядком.

– Какие вы думаете, почему аргентинская история сорвалась?

– Внутривидовая борьба. Не поделили. Бояре дерутся, у холопов шапки летят. Я думаю, что с приходом Путина трафик кокаина полностью огосударствился. В отличие от 90-х годов, когда контрабандисты на утлых фелуках пытались доставлять партии через границу в банках из-под тушенки, с приходом Путина и всей этой развеселой команды, Аулова, Иванова и прочих, это стало отраслью, вполне прикрываемой государством. То есть при Путине страна потихоньку превратилась в оплот кокаиновой мафии, когда государство полностью это дело крышует. Соответственно, при феодальной системе нынешнего управления часть доходов Путина – это прибыль от кокаина. Это сложно назвать контрабандой – это политика государства.

– В 2013 году произошла потрясающая история, когда два сотрудника ФСКН, майор Сергей Челидзе и инспектор Никита Калугин, отравились кокаином и были найдены прямо в служебном автомобиле в бессознательном состоянии, причем Калугин потом умер от передоза. Очень редко такие истории получают огласку, но можно представить, что творится на самом деле. С тех пор ни одного кокаинового скандала не было до вот этой аргентинской истории…

– Я думаю, что кокаин является вполне стабильным источником обогащения государевых людей. То, что произошло в Аргентине, – это скорее легкий сбой в общем потоке. Сегодня, я думаю, это вполне санкционированный и обыденный способ пополнять феодальную казну, в том числе с использованием дипломатических каналов. Этот вид преступной деятельности входит в джентльменский набор «Путинского коллектива» еще с питерских времен. В 90-е годы средний класс еще не созрел для кокаина, поэтому зарабатывали господа-преступники на транзите через Ломоносовский порт, отмывании средств через экспорт нефтепродуктов и городскую недвижимость, а Путин, как верный член коллектива, всемерно помогал и прикрывал эту деятельность. Логично, что при Путине-президенте кокаиновый бизнес вышел на новый качественный уровень.

Путин, КГБ и кокаин: приключения кремлевского порошка

Инаугурация президента России Владимира Путина, 2000 год

– Как работала эта схема с недвижимостью?

– Путин помог в выделении SPAG недвижимости на Невском и предложил желающим вкладывать деньги в акции этой организации, с тем чтобы в дальнейшем принять участие в строительстве. Деньги они отмывали через акции и долевое участие в строительстве.

– Но все-таки не он был главной фигурой во всем этом бизнесе?

– Он был ключевой фигурой в том, что за долю отписал кусок городской собственности организации SPAG. Он вписал себя в эту организацию официально и лично, для дополнительного контроля над ситуацией. Они понимали, что делают, имидж организации создавали вполне надутый: великое строительство, привлекаем инвестиции в город и прочее.

– И не построили вообще ничего?

– А зачем? Люди осваивали денежные потоки. Изначально, если схема выстраивается в расчете на кражу или на отмывание, то большое удивление вызывает желание что-то действительно сделать. Это видно и по нынешнему поведению, по топорности того, что делают сейчас при Путине, включая куски из компьютерных игр, которые выдаются за запуски ракет.

– Зато можно отравить человека нервно-паралитическим веществом в Англии…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *