Международная администрация на Донбассе: легализация боевиков или независимость Донбасса

Солдаты

Издание Time издало статью российского журналиста Михаила Зыгаря, в которой говорится о том, что чиновники, приближенные к Владимиру Путину отметили, что якобы российский президент уже готов решить проблему Донбасса.

В Кремле даже придумали, как это можно сделать. По данным издания, Россия в ближайшее время может согласиться на введение на оккупированные территории Донбасса временной международной администрации по сценарию Косово или Боснии и Герцеговины. Автор публикации, ссылаясь на собственные источники, в то же время отмечает, что Путин не будет готов идти на уступки в вопросе Крыма. Ведь аннексию полуострова Путин считает «справедливой». После обнародования информации в мировых СМИ о международные администрации на территории Донбасса, в Украине этот вопрос тоже активно обсуждают.

Что такое временные международные администрации? Как они в свое время работали на территории Косово или Боснии и Герцеговины? И сможет их создания завершить войну на Донбассе? Об этом наш корреспондент разговаривал с дипломатом, экспертом по вопросам внешней и безопасной политики Александром Харой, дипломатом, политологом Олегом Белоколосом, международным экспертом Юрием Олейником и политологом, главой правления Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимиром Фесенко.

Сейчас активно идут разговоры о создании на территории Донбасса временной международной администрации. Как вы относитесь к такой идее, ведь есть информация, что ее предложил Владимир Путин?

Олег Белоколос: Насколько я понимаю, вопрос этой международной администрации все же связано с миротворческой миссией ООН на Донбассе. Ведь эта администрация не может туда приехать просто так и ни с того, ни с сего начать там свою деятельность. Вероятно, речь идет о каком-то этапе функционирования миротворческой миссии. Но стоит заметить, что еще нет окончательного решения, будет ли миссия ООН вообще работать на Донбассе.

Юрий Олейник: Путин очень часто может говорить разные вещи, даже врать, чтобы привлечь западных политиков. Эта информация может быть опубликована с такой же целью. Вспомним историю про российские войска на территории Крыма, Донбасса: мы слышали, что там есть русские, то их нет. С другой стороны, это фактически на руку Администрации Президента Украины. Ведь идет речь о реализации так называемого мирного плана Порошенко.

Александр Хара: Все, что предлагает Путин, стоит воспринимать скептически. Для него – это лишь пропаганда и попытки отыскать дополнительные инструменты для ведения войны против Украины. Его главной целью является ограничение нашего суверенитета. Временная международная администрация, идея с миротворческой миссией ООН – для Путина это не инструменты прекращение войны, достижение мира. Это способ оставить на этой территории источник беспокойства и возможность в нужный момент начать новую волну конфликта.

С какой же целью Путин может согласиться на эту международную администрацию на Донбассе? Она способна что-то решить?

Александр Хара: Путин хочет убить двух зайцев: с одной стороны – ограничить наш суверенитет, а с другой – выйти из-под международной критики, санкций, которые разоряют российскую экономику и друзей российского президента. Идея с международной администрацией выглядит, как будто это уступка со стороны Путина. Но на самом деле мы понимаем, для того, чтобы действительно прекратилась война, никаких миротворцев, международных администраций не нужно. Надо только, чтобы в Кремле дали указание не отправлять на Донбасс своих вооруженных боевиков, оружия, вывести оттуда российских кадровых офицеров и не финансировать сепаратистов. После этого конфликта на Донбассе не станет. Потому, что это никакая не гражданская война, это – внешняя агрессия, которую Россия выдает как гражданскую войну и внутренний конфликт. А потому ни миротворцы, по тем схемам, которые предлагает Путин, ни эта международная администрация – вопрос войны на Донбассе не решат.

Говоря о временной международной миссии на Донбассе, мы слышим про пример Косово и Боснии и Герцеговины. А как это там происходило? Можем ли мы говорить, что эти страны, одни из непризнанных, – удачные сравнения и примеры того, как можно закончить войну в Украине?

Юрий Олейник: По сути, международная временная миссия означает потерю Украиной суверенитета. Это подтверждает история, которая произошла на территории того же Косово. Тогда в результате войны 1999-го года между сербами и албанцами, территория Косово перешло под контроль ООН, хотя де-юре Косово оставалось автономией в составе Сербии. А уже 17 февраля 2008 года парламент Косово провозгласил независимость края в одностороннем порядке. То есть эта международная временная администрация стала посредником, с помощью которой удалось легализовать независимость непризнанной республики Косово. Это произошло через то, что было минимизировано возможность Сербии влиять на то, что происходит в этом регионе. Влияние Украины на международную администрацию на Донбассе тоже будет ограниченным. Можно предположить, что эта администрация будет действовать не только на неподконтрольных Украине территориях, но и там, где сейчас находятся наши военные, то есть на подконтрольных Украине населенных пунктах. Это может делаться под предлогом максимальной безопасности. А потому такая миссия будет означать легитимизацию боевиков.

Александр Хара: Попытки сравнить войну на Донбассе с противостоянием в Боснии и Герцеговине – это искусственно надуманные вещи. Босния и Герцеговина – это страна, которая образовала после распада Югославии и гражданских войн, которые были на ее территории. Жестокий геноцид, гражданскую войну на этих территориях и в Косово прекратило вмешательство НАТО. С одной стороны – это было нарушение устава ООН, но, с другой стороны, такая реакция была необходима, поскольку фактически осуществлялась зачистка сербами албанской этнической меньшинства. Других методов, чем военные удары по Белграду и по военным целям на территории Югославии, чтобы прекратить геноцид, не было. Затем международное сообщество, чтобы стимулировать процессы примирения в регионе, там создала международные администрации. Вследствие чего государства получили даже государственность, как это было в случае с Косово, независимость которого Украина не признала и не собирается этого делать, дабы не создавать прецеденты на нашей территории.

В Боснии и Герцеговине эта временная администрация фактически дала возможность сторонам конфликта, которые проживают на общей территории, прийти в себя и начать процессы примирения и согласия. В нашем случае – это не имеет никакого смысла. В Украине нет этнических чисток, нет «народа Донбасса». На оккупированных территориях проживают украинские граждане, которые стали на службу в Российской Федерации против своей страны. Это не является гражданской войной. А потому международная администрация у нас не сработает, как она должна бы сработать.тЕсли мы говорим про Боснию и Герцеговину – это государство, которое не способно решать собственные проблемы. В ее составе есть три религиозных меньшинства, которые между собой враждуют. Там даже есть такая система, когда власть меняется на ротационной основе. То есть там фактически каждое меньшинство имеет своего президента – и они по очереди руководят страной. Самостоятельно народ Боснии и Герцеговины не мог ни утвердить собственный флаг, ни валюту. Я уже не говорю о более важных вещах. За них все сделали европейцы. У нас нет гражданской войны, есть вооруженная агрессия России. А нам предлагают инструменты по урегулированию гражданской войны. Они у нас не будут работать.

Чем эта международная миссия будет заниматься на Донбассе? Кто будет входить в ее состав?

Владимир Фесенко: Сейчас, поскольку есть идея относительно миротворческой миссии ООН на Донбассе, то, собственно говоря, в следствии этого возникла мысль, чтобы на оккупированных территориях появилась и международная администрация. Она на период возвращения этих территорий под юрисдикцию Украины должна была бы гарантировать безопасность в оккупированном регионе. В этой администрации будут очень широкие административные полномочия. Временная международная администрация занималась бы также организацией и проведением выборов на Донбассе. Фактически – это был бы нейтральный субъект, который бы создавал избирательные комиссии. Безусловно, эта идея может быть реализована только, если она будет компромиссной. Компромисс будет заключаться в том, что в состав избирательных комиссий, переходных администраций будут входить представители миротворческой миссии, а это нейтральные представители. К нам вот приезжал австрийский дипломат Вольфганг Петрич. В Боснии он возглавлял гражданскую миссию. Но в состав этой миссии будут входить как представители сепаратистов, так и представители Украины. В рамках переходного периода происходит ликвидация организаций «ДНР/ЛНВ», передача функций самопровозглашенных республик местным органам самоуправления, которые будут созданы после местных выборов по украинскому закону. Но в этих выборах должны участвовать украинские политические субъекты.

Александр Хара: В состав этой временной международной администрации, вероятно, могут войти международные дипломаты, известные политики. Там должен быть и безопасный блок, он будет состоять из миротворцев ООН. Хуже, когда там будут миротворцы из стран СНГ.

А выгодно это Украине?

Юрий Олейник: Европа на такое может пойти, потому что в ЕС хотят, чтобы на Донбассе наконец все успокоились. И им безразлично, на каких условиях для Украины – федерализация, автономия или еще что-то. Россия также так просто не отступит и будет добиваться своего максимального присутствия на Донбассе. Для Украины это очень опасно. На мой взгляд, о международную администрацию можно говорить лишь тогда, когда будет полностью очищена территория Донбасса от российских войск. Этот временный международный орган власти должен быть без участия в нем белорусов и других государств-сателлитов России. Только тогда можно о чем-то говорить. Но Путин хочет затянуть войну на Донбассе, он стремится сделать все, чтобы территория Донбасса оставалась ярмом для Украины, чтобы это нас распахивали.

Александр Хара: Нет, потому что Кремль защищает свои интересы, имитирует видимость якобы гражданской войны на территории Донбасса. А это не так. Я как представитель ныне оккупированных территорий, ведь я родился в Донецке и в 1998 году переехал оттуда в Киев, заявляю, что в Донецке за язык, религию или национальность никогда никого государство не преследовала. Да, я русскоязычный, я – православный и я должен был бы стать типичным «клиентом русского мира». Но я понимаю, что это пропаганда и создание искаженной реальности. Вариант с международной администрацией на Донбассе фактически замораживать конфликт на территории Украины. Это дает возможность Путину в любое время снова усилить конфликт. Это неприемлемо. Путину не нужно решать проблемы оккупированного Донбасса. Вопрос в другом: замороженные конфликты на территории бывшего СССР созданы РФ с целью контролировать независимые государства. Россия использует методику замораживания конфликта, когда она слабая. Когда РФ сильная – она может захватывать территории. Вот, например, Южная Осетия и Абхазия – это фактически оккупированные Россией территории, которые не признал мир, но РФ интегрировала их в свою экономику, политику и военные структуры. Территория Молдовы – Приднестровья – тоже оккупирована Россией. Там есть военное присутствие РФ. Россия делает все, чтобы не допустить интеграции стран-бывших членов СССР в другие мировые структуры.

Несмотря на это, идею международной администрацией на Донбассе удастся воплотить в жизнь?

Владимир Фесенко: Эта публикация в СМИ свидетельствует о том, что такая идея может быть предметом переговоров. Но я, откровенно говоря, сомневаюсь, что в ближайшие два года удастся достичь какой-то договоренности, потому что у нас начинается избирательная кампания.

Олег Белоколос: Я разделяю мнение тех экспертов и дипломатов, которые пессимистично относятся к тому, что на Донбассе будет миротворческая миссия ООН, как и эта международная администрация.

Александр Хара: Даже если так, то решение о международную администрацию на Донбассе должно быть принято Советом безопасности ООН. Но в Совете безопасности ООН Россия имеет право вето, а это означает, что Совбез не примет ни одного вредного для России решение, а любое решение, которое принесет пользу Украине, – блокироваться.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Confirm that you are not a bot - select a man with raised hand: